МЕЖДУ ИЛЬХАМОМ И ИРАНОМ

АЛИЕВЫ ИДУТ НА ВОЙНУ
СТАТЬЯ ПЕРВАЯ

Еще никогда за всю историю независимости Азербайджана внешняя политика правящей Семьи не была настолько проамериканской (с точки зрения интересов вашингтонских ястребов) и одновременно настолько антиазербайджанской. При анализе всего массированного потока поступающей в последние дни информации  напрашивается лишь один вывод - Азербайджан превратился не только в сырьевой придаток и колонию-марионетку, но и в военно-политический плацдарм для реализации стратегических империалистических задач. Этот вывод напрашивается вовсе не из-за недавней антироссийской истерии, развязанной Ильхамом Алиевым и всей правящей хунтой Азербайджана - достаточно проанализировать закулисные внешнеполитические акции алиевского трайба в отношении соседнего Ирана.

ДВОЙНЫЕ СТАНДАРТЫ ИЛЬХАМА АЛИЕВА

Так, на днях стало известно из заслуживающих доверия источников, что по неофициальным каналам достигнута секретная договоренность между администрацией Джорджа Буша и Ильхамом Алиевым о том, что Азербайджан окажет всеобъемлющую поддержку "бушевским ястребам" в случае начала массированных атак США против Ирана. И именно эта стратегия, наряду с ситуацией вокруг прав человека и демократии, станет предметом переговоров министра иностранных дел Э.Мамедьярова с госсекретарем США Кондолизой Райс, намеченных на 22-23 марта в Вашингтоне.

На территории Азербайджана будут расквартированы войска быстрого реагирования и спецназ морской пехоты США, а  также разрешено базирование и пролет военных самолетов - системы раннего обнаружения АВАКС, тяжелых стратегических бомбардировщиков B-52, новейших истребителей F-18 и F-22 "Raptor". Будут также размещены мобильные американские радары для предупреждения атак иранских сил на нефтяные объекты Азербайджана как на суше, так и на Каспии, находящиеся под контролем США (компании bp). В обмен на это "ястребы" из американской администрации на неофициальном уровне могут заявить о поддержке антидемократического и клептократического режима Ильхама Алиева во время президентских выборов октября 2008 года.

Известно, что представители Ильхама Алиева, участвовавшие в тайных переговорах с вашингтонскими лоббистами Семьи, также поднимали и вопросы раздела "иранского наследства", в том числе и в вопросе Южного Азербайджана. Американцы же, в свою очередь, ушли от внятного ответа на этот вопрос. Таким образом, можно сделать вывод: все заявления И.Алиева о том, что он противник нанесения военного удара по Ирану, являются всего лишь прикрытием основных целей бушевской администрации, проявлением двойных стандартов со стороны азербайджанской хунты, заявляющей в европейских столицах о нежелательности войны с Ираном. С американцами Ильхам Алиев, как и его отец, во много раз покладистее, и готов идти на удовлетворение любых пожеланий  своих лоббистов.

Еще одним проявлением политики "двойных стандартов" азербайджанского правительства является всемерное, причем подспудное стимулирование сепаратистских настроений в Южном Азербайджане, то есть тайные попытки подрыва территориальной целостности Ирана, в то время как сама власть якобы "борется" с проявлениями армянского сепаратизма в Нагорном Карабахе.

Ильхам Алиев, который, несмотря на свою "жириновскую риторику",  ограничивается "освобождением" Карабаха на устах и не  в силах потребовать у Михаила Саакашвили древние "гянджинские ворота", украденные ушлыми грузинскими князьками, все же решил поучаствовать на стороне бушевских ястребов в войне  против страны с историей государственности в пять тысяч лет, при этом явно не предвидя тех катастрофических последствий, к которым приведет агрессия против Ирана.

И РОССИЮ УНИЧТОЖИМ…

4 марта 2007 года официальный представитель Чехии признал то, о чем уже вторую неделю говорят во всем мире: элементы американской ПРО в Восточной Европе, якобы нацеленные на Иран, могут быть использованы против России.  "ПРО может носить наступательный характер, создавая щит от ракет, которые Китай или Россия смогли бы направить на американскую территорию в качестве ответа на ядерное нападение со стороны США", - откровенно заявил вице-спикер нижней палаты чешского парламента Любомир Заоралек. "Это стратегия ядерного устрашения и поиска превосходства в атомном оружии". Тем самым Л.Заоралек "подкинул дров в костер" дискуссий в Чехии о размещении радара Raytheon XBR в 60 км к юго-востоку от Праги к 2011 году. Он будет наводить на цель противоракеты GBI (первые десять ракет планируется разместить к тому же сроку в Польше). Ракеты должны сбивать в космосе летящие в сторону США иранские и российские боеголовки.

Уже к 2011 году Вашингтон намеревается разместить радар Raytheon XBR и на территории Азербайджана. Азербайджанская клептократия готова с радостью предоставить свою территорию под развертывание этих вооружений, ибо гипертрофированная лояльность к администрации американских ястребов -  единственный серьезный политический ресурс Ильхама Алиева, вернее, той системы внешнеполитических координат, в которую он сам себя завел, проводя политику безоглядного отстаивания интересов американской военщины в Закавказье и Прикаспии.

Две недели назад два высокопоставленных американских чиновника заявили, что, кроме Чехии и Польши, США намерены разместить элементы своей противоракетной обороны в Закавказье, в том числе и в Азербайджане. Так, глава Агентства США по ПРО армейский генерал  Генри Оберинг заявил, что к 2011 году Пентагон разместит в Закавказье мобильный радар, направленный на Иран. Радар будет осуществлять начальное целеуказание для более мощной системы ПРО в Чехии. При этом американский генерал добавил: "Мы не собираемся направлять его на Россию. Даже если бы мы этого хотели, у него не хватит мощности, чтобы засечь пуски российских ракет". Но никто Оберингу не верит. Где именно США хотят поставить радар, Г.Оберинг не уточнил, заметив, что он "может быть развернут в любой стране региона очень быстро, за несколько дней". Впрочем, ясно, что это может быть только Грузия или Азербайджан, но, учитывая геостратегическое положение нашей страны, наиболее вероятно размещение радара именно на нашей территории. Хотя посол США в Азербайджане  уже заявила, что у Вашингтона нет планов размещения в нашей стране систем ПРО, а официальный Баку заверил, что пока нас об этом США не просили, но мало кто верит, что очень скоро система Raytheon XBR не будет размещена в Азербайджане.

На сайте "Аль-Джазира" еще в прошлом году был опубликован аналитический доклад бывшего инспектора ООН по проверке наличия ядерного оружия в Ираке Скотта Риттера. Он призывал мир не обольщаться заявлениями официального Вашингтона о том, что США, дескать, желали бы мирного урегулирования вопроса касательно ведущихся в Иране ядерных исследований. В статье "Война Америки против Ирана уже началась" С.Риттер отметил, что Вашингтон уже опробовал некоторые варианты захвата Ирана. Но это - "не единственно возможное развертывание сюжета против Ирана", - отмечает автор, и переходит к теме Азербайджана.

"На севере, в соседнем Азербайджане, военные США готовят операционную базу для массового присутствия войск наземного базирования, чтобы захватить Teгеран. На Западе, может быть, не понимают повышенный интерес США, но России и народам Кавказа очень хорошо понятно, что речь идет о роли Азербайджана в предстоящей войне США с Ираном. Этнические связи между северными и иранскими азербайджанцами долго эксплуатировались Советским Союзом в период "холодной войны", и теперь этим же для внутреннего манипулирования воспользовалось ЦРУ, чьи военизированные оперативные работники обучают Азербайджан с целью создания сил быстрого реагирования, способных действовать внутри Ирана для разжигания противостояния и конкуренции между образованными интеллигентными кругами и муллами в Teгеране. Но это -  только один тип использования, который США готовят для Азербайджана.

Американская стратегическая военная авиация, которую разместят на передовых базах в Азербайджане, будет иметь преимущество во времени, так как она может быстро долететь до Тегерана. Для сухопутных сил также существует короткий маршрут к Teгерaну - прибрежное шоссе вдоль берега Каспийского моря от Азербайджана до Столицы Ирана. Американские военные стратеги уже начали разработку сценарных военных игр, условием которых является развертывание их многофункциональных сил в Азербайджане. Разработка программы доставки этих сил хорошо продумана за счет базирования ВВС США в Азербайджане и получения там аэродромного обслуживания", заключает видный американский эксперт в сфере контроля над вооружениями.

АЗЕРБАЙДЖАНСКАЯ ЭТНИЧЕСКАЯ ЭЛИТА

Потерпев к марту 2007 года полное поражение в войне с ваххабистской "Аль-Кайдой", афганскими талибами (некогда вскормленными ЦРУ и МИ-6) и иракскими повстанцами, США и их союзники по НАТО поняли, что Иран с населением около 80 млн. человек и территорией в полтора раза больше, чем территория Ирака и Афганистана, вместе взятых, им явно не под силу. Некоторые американские стратеги открыто предлагают сделать ставку на этнические противоречия между фарсами и азербайджанцами в Иране. Но попытки США использовать арабо-курдские противоречия и рознь между суннитами и шиитами в Ираке не дали существенных результатов - 20% иракских арабов-суннитов хватило, чтобы Ирак стал неуправляемым. В Иране же подобные игры распоясавшейся американской военщины могут привести к полной катастрофе.

Известно, что в Иране проживает автохтонное азербайджанское население, составляющее большинство в пяти северо-западных провинциях Ирана - Западный Азербайджан, Восточный Азербайджан, Зенджан, Ардебиль и Гилян, а также почти половину населения в столице Ирана Тегеране, в его крупнейшем пригороде Кередже, и, наконец, в священном городе шиитов - Куме. Со времен правления династии Газневидов и Севефидов (вождей племени "гарагоюнлу", выходцев из рода шейха Сефи, проживающих под Ардебилем) в Иране сложилось негласное деление, в результате которого большая часть политической и экономической власти в Иране всегда была сосредоточена в руках многочисленных племен азери. Лишь однажды за последние 600-700 лет эта традиция прервалась - в период с 1925-го по 1979 год, когда Ираном правила персидская династия Пехлеви, а затем свергнувший ее аятолла Хомейни с 1979 года был окружен со всех сторон своими соратниками по исламской революции - этническими азери. Но даже во времена жесткой шахской реакции власти в Тегеране вынуждены были считаться с интересами лидеров иранских азербайджанцев.

Так, аятолла Мохаммед Шариат-Мадари, видный религиозный лидер Ирана, духовный лидер - "Мерджейи-ат-Теглиди" (в переводе с фарси - "Образец для подражания") всех иранских азербайджанцев был одним из главных лидеров революции в Иране, неофициальным основателем влиятельнейшей партии "Халге-мусульман". Именно эта партия, духовным столпом которой и был М.Шариат-Мадари, объединила в 1979 году вокруг себя всех иранских азербайджанцев, недовольных как шахским режимом, так и дорвавшимися до власти радикальными исламскими клерикалами в Тегеране. Тогда же, 5-7 декабря 1979 года, выступления азербайджанцев в Тебризе, Куме и других городах иранского Азербайджана в поддержку притесняемого в Куме аятоллы Шариат-Мадари достигли своего апогея, и в Тебризе была объявлена Азербайджанская Исламская Республика, подавленная, к несчастью, руками других азербайджанцев - сторонников аятоллы Хомейни.

Однако даже в годы засилья ядреного паниранизма и фарсидского шовинизма в Иране, позиции и авторитет "Мерджейи-ат-Теглиди" Шариата-Мадари были настолько сильны и непререкаемы, что в 1963 году именно аятолла М.Шариат-Мадари спас будущего лидера ИРИ - аятоллу Р.Хомейни от смертной казни, к которой его приговорил шах Реза Пехлеви. Шариат-Мадари тогда лично обратился к Резе Пехлеви по поводу снисхождения к Рухулле Хомейни, который через 7 лет после прихода к власти довел М.Шариат-Мадари до смерти.  Первым премьер-министром Рухулла Хомейни назначил экономиста азербайджанца Мехди Базаргана. В мировой прессе тех лет Базаргана называли "мозговым трестом" Хомейни и всей исламской революции, и он был родом из городка Базарган в провинции Западный Азербайджан, что на другом берегу Араза, на границе с Шарурским районом Нахчывана. А главнокомандующий всеми иранскими военно-морскими силами адмирал Аббас Мадани, в 1979 году открыто поддержавший революцию исламских радикалов, был в те годы общепризнанным светским лидером иранских азербайджанцев, любимцем всей военной элиты Ирана.

Большая часть элиты иранской армии и бизнеса, парламента и Кабинета министров - тоже этнические азери. Даже враг США №1 - нынешний духовный лидер Ирана  аятолла Сеид Али Хаменеи - этнический азербайджанец, выходец из села Хаменеи в южном пригороде Тебриза - неофициальной столицы Иранского Азербайджана. Самый влиятельный и антиамерикански настроенный духовный лидер Ирана - аятолла Али Мешкини - выходец из города Мешкин, рядом с Сарабом, что находится в Иранском Азербайджане, почти на границе с Джалилабадским районом Азербайджанской Республики. Именно аятолла Мешкини еще в 1986 году в передачах тебризского радио открыто выступил за чистоту азербайджанского языка.  Он считал азербайджанский язык заполненным "фарсизмами", "портящими", на его взгляд, "всю красоту языка азери".

"ЛИЧНЫЕ" ВРАГИ ГЕЙТСА

Одни из главнейших противников США в Иране, личные враги видного американского "ястреба", нового министра обороны США Роберта Гейтса, глава военной опоры исламского режима в Иране - Корпуса стражей исламской революции (КСИР) - А.Сефеви и вице-президент Ирана, влиятельный глава Иранского национального ядерного агентства, занимавший долгие годы пост министра нефтяной промышленности, опытный политик Гуламрза Агазаде, также этнические азербайджанцы.

Кстати, именно Гуламрза Агазаде лично организовывал тайное финансирование политической деятельности Гейдара Алиева и партии "Ени Азербайджан" в 1991-1993 гг., выплачивая Гейдару Алиеву ежемесячно под расписку по 50 тысяч долларов в месяц на "политработу". Будущий "улу ондер", а в то время опальный персональный пенсионер союзного значения, глава Верховного Меджлиса заштатной Нахчыванской автономной республики Гейдар Алиев, обуреваемый жаждой власти над всем Азербайджаном, кроме финансовой поддержки от Сулеймана Демиреля (в одном из прошлых номеров мы рассказали читателям о кредите "Эксимбанка", выданного Г.Алиеву при содействии "его друга и брата" С.Демиреля) получал из Ирана финансовую и политическую поддержку в своей борьбе с Муталибовым и Эльчибеем. Эта тайна из истории подпольной борьбы Патриарха раскрылась в середине 90-х годов, когда Гейдар Алиев нарушил договоренность со своими спонсорами, объявив о стратегическом партнерстве с Западом. Тогда бывший президент Ирана Хашеми-Рафсанджани почти публично напомнил в Баку Гейдару Алиеву о том, что именно благодаря финансовой помощи Ирана наш общенациональный "ондер" смог осуществить свои долгосрочные политические планы …

Но вернемся к основной теме статьи - количество этнических азербайджанцев в Иране уже превышает 30 млн. человек. И поэтому для некоторых политиков в Баку было бы верхом наивности и политическим безумством ожидать, что вдруг южные азербайджанцы, контролирующие всю правящую элиту Ирана, весь Персидский залив, вдруг ни с того, ни с сего начнут уничтожать … иранскую государственность, которую они сами создавали с огромным трудом на протяжении последних 700 лет.

Да, иранскую государственность создавали именно азери, а не более мягкие по своему характеру фарсы, которых некоторые СМИ в Азербайджане выдают за чуть ли не источник национального порабощения азербайджанского "меньшинства", которое на самом деле является большинством, правда абсолютно не сплоченным, не организованным и не пассионарным, не защищающим ни свою культуру, ни язык. Но в любом случае мысль о том, что 30 млн. иранских азербайджанцев будут добиваться распада Ирана для того, чтобы "потребовать" присоединения к маленькому Северному Азербайджану с реальным населением в 5 млн., может быть лишь плодом больного воображения у так называемых экспертов и псевдоаналитиков в Азербайджане.

В Иране также проживает несколько миллионов туркменов - шиитов, в основном, на юго-восточном побережье Каспия, в районе Мешхеда и Бендер-Торкемана, которые также не будут подрывать иранскую государственность вопреки надеждам Пентагона. Очень маловероятно, что американскую оккупацию поддержат иранские арабы-шииты в нефтеносных районах Абадана и Хоремшехра, в отличие от суннитов - белуджей и курдов. Вот они-то и могут стать ярыми проводниками американского влияния в Иране, так же как они это с успехом делают в Ираке и Турции. Иранские курды при поддержке своей террористической организации ПКК в Турции уже начали открытую войну против иранского правительства на территории провинции (остана) Западный Азербайджан, проводя теракты против местных азербайджанцев и сил КСИР, сбивая вертолеты и уничтожая боевую технику иранской армии.

То же самое можно сказать и про иранских белуджей, проживающих на юго-востоке Ирана в провинции Белуджистан, которые активно занимаются наркоторговлей и наркотрафиком через территорию Ирана при поддержке тайно поддерживаемых Пакистаном радикальных исламистов-суннитов из движения "Талибан" и "Аль-Кайды". А кто является главным союзником и партнером Пакистана, уже давно обладающего ядерным оружием и средствами его доставки - секрет Полишинеля - те же самые закадычные покровители Ильхама Алиева - "ястребы" из Белого Дома. Понятно, что в системе двойных внешнеполитических стандартов США их пакистанские друзья, активно сотрудничающие с ними и финансирующие террористические организации "Талибан" и "Аль-Кайда", могут владеть всеми видами ядерного оружия, а Иран, имеющий несколько тысячелетий истории своей государственности, но не подпускающий Exxon, bp и Halliburton к своим нефтегазовым богатствам - упаси боже…

Учитывая все вышесказанное, а также слабость иранской армии, флота и систем ПВО, США в Иране, конечно же, смогут осуществить серию массированных воздушных налетов и ракетных ударов баллистическими ракетами, которые разрушат большое количество объектов, имеющих для Ирана стратегическое значение. Но дело в том, что серьезные скоординированные ядерные исследования в Иране практически не ведутся, а обогащенный уран Ирану может поставить Россия. Насколько иранская исследовательская программа бездарна и оторвана от военных целей, можно судить хотя бы по тому, что Иран создал комплекс по производству тяжелой воды в городе Арак (большинство населения этого города также этнические азербайджанцы, которые могут пострадать в результате уничтожения иранского ядерного объекта и выброса радиации), не имея при этом ни ядерного реактора на тяжелой воде, ни технологий для его создания. Очевидно, что комплекс в Араке производит тяжелую воду не для ядерных технологий, а для целей биологических исследований. Таких объектов, которые американцы внесли в список своих целей, но которые для Ирана не имеют ни военного, ни экономического значения, а только отражают желание иранского руководства продемонстрировать реальные или мнимые успехи исламской революции в сфере высоких технологий, очень много.

МОГИЛЬЩИКИ НЕЗАВИСИМОСТИ ЮЖНОГО АЗЕРБАЙДЖАНА

Малопродуктивны и надежды на то, что война в Иране с последующей оккупацией и сменой режима в этой стране послужит делу объединения двух частей Азербайджана или на базе широкой федерализации ИРИ откроет реальные возможности для достижения этой цели. Такой вариант вряд ли входит в планы Вашингтона и его союзников. Древний принцип "разделяй и властвуй" сохраняет актуальность и в современных войнах: все они сопровождаются дезинтеграционными процессами и в результате будущей американской оккупации Ирана Южный Азербайджан ничего не получит.

Также нельзя забывать и уроков 1946 года, когда Азербайджанская Демократическая Республика во главе с Сеидом Джафаром Пишевари и его Демократической партией трагически погибла именно после того, как США открыто стали угрожать Советскому Союзу и Сталину ядерным оружием, требуя от СССР прекращения поддержки южных азербайджанцев и вывода советских войск из Тебриза. Тогда, в 1946 году, администрация США и правительство Великобритании погубили на корню национальное движение азербайджанцев в Иране, так как оно подрывало внутриполитические позиции главных союзников США в регионе Персидского залива - шаха Резы Пехлеви и премьер-министра Каввама.

В течение всего прошлого века правительство США ревностно поддерживало политику воинствующего паниранизма и панфарсидского шовинизма в Иране в противовес национальному движению иранских азербайджанцев от Тебриза и Сараба до Эрака и Саве, от Урмии и Джульфы до Казвина и Тегерана за свои национальные, культурные и языковые права. Об этом, кстати, очень хорошо написал в 60-е годы прошлого века выдающийся британский писатель Джеймс Олдридж.

В конце 1945 - начале 1946 года США оказывали на СССР жесточайшее давление, вылившееся даже в первую в истории резолюцию только что созданного Совета Безопасности ООН (!). Согласно первой резолюции ООН, СБ потребовал незамедлительного вывода войск СССР из шахского Ирана и "восстановления территориальной целостности Ирана". А то, что шахскими войсками были убиты и выдворены из страны десятки тысяч иранских азербайджанцев - молодых лидеров и активистов АДП, была задушена в колыбели Азербайджанская Демократическая Республика со столицей в Тебризе,  международное сообщество вовсе не волновало.  Ни тогда, ни сейчас.

 

 

СВИНЕЦ И РОЗЫ

Утро 2 марта я встретил на кладбище. По дороге купил желтые гвоздики и посетил могилу родного мне человека. В тот день, - это была среда, - мы готовились к выпуску очередного выпуска "Монитора". Я только что вернулся из Карабаха со свежими интересными репортажами, мыслями, новыми впечатлениями, и хотел поскорее приехать  в редакцию. И тут прямо на кладбище раздался телефонный звонок. Звонил Эльмар, и по обыкновению начал разговор в своей шутливой манере: "Ты где, Фатуллаев?" (когда мы шутили, он всегда обращался ко мне по фамилии). "На кладбище", - ответил я. "Что, умирать собрался?"

Я не верю в приметы, но, начиная с того злополучного дня, каждый год 2 марта, раннее утро я стал встречать у могилы, но уже другого человека - Эльмара, которого вспоминаю каждый день, ибо не могу и не хочу смириться с убийством одного из самых лучших людей, с кем свела меня судьба в моей недолгой жизни.

Издревле говорят, что человек чувствует приближение смерти. Но Эльмар в этот день был очень весел, много шутил, в нем снова проснулась необыкновенная кипучая энергия, журналистская жажда, в его глазах горела страсть побыстрее подарить читателю новый выпуск "Монитора". Мы обычно делили рубрики, и, как правило, две страницы политики, рубрики "Мониторинги", "Раскопки" оставались за мной.

Последняя фраза Эльмара, которую я услышал:

- Подумал над темой политики?

- Да, хочу написать о смене политических поколений во власти. Гагулика (Абульфаза Гараева) прочат вместо Рамзеса (Рамиза Мехтиева).

- Да, интересно, только не забывай, завтра четверг, а то опять тебя занесет на кладбище.

Все! И только через два с половиной часа раздался телефонный звонок моего мобильника. Смотрю - Эльмар. Что это? Может, переспросить что-то хочет? Едва подняв трубку, услышал заплаканный женский голос, кажется, Рушаны (супруги Эльмара), и раздался оглушительный крик: "Эльмара убили!!!" Что за шутки? Ну, Эльмар, с кладбищем ты уже шутил, а теперь снова решил пошутить - со своей смертью.

Я дал отбой. Присел. Снова поднялся. Господи, что это? Я снова набрал его телефон - 055 771-15-95 (даже сегодня я по привычке очень часто набираю этот номер). Снова трубку подняла Руша: "Да где же ты! Эльмара убили, здесь, он весь в крови!" Я стремглав выскочил на улицу, и только потом, уже в машине, почувствовал страшный озноб. Перед глазами все помрачнело, но я из последних сил заставил себя сохранить хладнокровие, сказав себе - нет, этого не может быть, потому что просто не может быть…

Я стал набирать телефонные номера всех знакомых и близких нам политических деятелей - Эльдара Намазова, Арзу Абдуллаевой, Исы Гамбара, Али Керимли… Им всем я тупо повторял фразу, сказанную Рушей, в которую сам едва верил.

Наконец, я доехал до магазина "Орбита" на 8-ом километре, возле его дома, в котором он прожил последние часы своей жизни. Машина "Скорой помощи" выезжала со двора, что сразу же вселило в меня огромный оптимизм, вернула надежду - он жив, видимо, просто ранен. Я бросился к машине, еле остановил ее - "Он там? Он ранен? Я поеду с вами в больницу". В глазах у медсестры стояли слезы, на ее лице был изображен неописуемый ужас, а может быть, досада, ведь эти минуты показались мне самыми ужасными в жизни. "Он умер, поднимайтесь в квартиру". Впервые в жизни я почувствовал страшную боль, раздирающую меня изнутри. Полицейские попытались преградить мне дорогу, но тщетно, - в эти минуты ненависть к этому ГОСУДАРСТВУ и всему, что с ним связано, придало  мне нечеловеческую силу, - оттолкнув их в сторону, я бросился в его квартиру…

Он был еще очень теплый, кровь не успела остыть, а правый глаз был чуть приоткрыт. Над ним стояли Шахбаз и Закир. Неужели он мертв? Нет! Я схватил его за голову, провел рукой по лицу. Но он не просыпался. И вдруг совсем неожиданно я обнаружил в своей ладони кончик носа Эльмара и кровь… Я до сих пор помню все ощущения, пережитые в эти мгновения. В горле пересохло, мне хотелось пить. Я забежал в ванную комнату, но, кажется, после этого зловещего убийства все перевернулось в этом мире, даже воду отключили. Я черпнул руками из ведра с водой, забыв, что на руках кровь Эльмара, и выпил окровавленную воду. Меня затошнило. Мне быстро принесли стакан воды, я выпил и его, но вкус крови так и остался. Я чувствую его по сей день, и даже в эту минуту, когда пишу эти воспоминания об Эльмаре. Тогда я поклялся, что сделаю все зависящее от меня, чтобы найти убийц, организаторов, заказчиков этого чудовищного преступления. Два года назад начался новый отсчет времени в моей жизни - без Эльмара…

ВСЕМ ВСЕ ЯСНО…

Пока династия Алиевых сохраняет власть в своих руках, публицистика Эльмара будет  всегда актуальной, ибо она изобличала всю сущность этого режима, направившего свою власть против окончательно разложившегося азербайджанского общества. Сегодня  автором темы номера является сам Эльмар со статьей "Что наша жизнь…". Он жив, он будет жить еще очень долго, как и его героическое, бесстрашное творчество, посвященное заплаканному Азербайджану. Страна поставлена на колени, но недалек день великого освобождения. И в этот день Эльмар будет рядом с нами, воспевая любовь к своему народу и презрение к внутренним оккупантам, поработившим восьмимиллионный народ,  который поверьте, никогда, ни при каких обстоятельствах не смирится с судьбой, предначертанной ему правящей династической фамилией …

Мог ли я, как и многие другие, в тот злополучный день 2 марта предугадать, что уже около 2-х месяцев в Баку находится наемная группа киллеров, прибывшая из Грузии для того, чтобы исполнить политический заказ верховной власти на убийство журналиста? В группу киллеров, убившую Эльмара, входили - Тахир Хубанов, Теймураз Алиев, Серго Дарвишов (он же Секо), Нугзар Болквадзе и Арчил Касиа. Бандитская группа сняла  квартиру на пятом этаже в здании, расположенном перпендикулярно дому Эльмара. Из ее окна открывается вид на балкон семьи Гусейновых. Достоверно известно, что посредником между заказчиком убийства и киллерской группой, которая совершила убийство Эльмара, был Тахир Хубанов. Он живет на Майдане в Тбилиси, по соседству с Теймуразом Алиевым, правда, после убийства Эльмара, буквально через несколько месяцев он продал свою квартиру в старом квартале и переехал в центр города. Его нынешнее местонахождение доподлинно известно следственным органам. Парадоксально, но после официального ответа Генпрокуратуры Грузии, направленного в ответ на запрос общественной комиссии по расследованию убийства Эльмара Гусейнова во главе с журналистом Шахбазом Худуоглу, выяснилось, что азербайджанские следственные органы до сих пор не направили своим коллегам в Грузию запрос на розыск  Тахира Хубанова. В обращении к грузинам была запрошена информация лишь по Теймуразу Алиеву, с которым азербайджанские журналисты встретились в Тбилиси в октябре прошлого года.

Итак, в Грузию запрос на Т.Хубанова не последовал. Ясно, что в этом преступлении Т.Хубанов - одно из главных лиц, он связник, знающий, от кого поступил заказ. Через него до заказчиков рукой подать. Однако, как выяснилось впоследствии, хотя азербайджанские следственные органы и направили в Грузию запрос о Т.Алиеве, однако никакой информации о подозреваемых ни в Интерпол, ни в Европол не последовало. Ни одна из этих правоохранительных структур не разыскивает этих лиц. И в этом нет их вины - наши следственные органы не представили никакой информации о них, включая фотографии.

Т.Хубанов, получив предложение о заказе на убийство одного жителя в Баку, обратился к одному из авторитетных представителей криминального мира в Грузии, завсегдатая азербайджанского квартала Майдан Дарвишову Серго (Секо). Не знаю, как Хубанов, но Секо точно не знал о том, что Эльмар Гусейнов является журналистом. Секо известен не только в Грузии и Азербайджане, но и далеко за их пределами, и пользуется серьезной поддержкой курдских криминальных деятелей, в частности, некоего москвича, более известного, как дядя Хасан. Он часто бывал в Азербайджане, в основном, по вопросам бизнеса и, конечно же - криминального характера. Секо запросил требуемую сумму и вместе со своими подручными Нугзаром Болквадзе и Арчилом Касиа прибыл в Азербайджан уже к дате убийства, когда нужно было только нажать на курок.

Ясно также, почему Т.Хубанов привлек к этому делу Теймураза Алиева. У него, в отличие от Тахира, много родственников в Баку. Ведь мать Тахира Хубанова давно развелась с его отцом, который остался в Баку, а с ним и с родственниками по отцовской линии Тахир не общался. Он уже давно вместе с матерью и бабушкой живет в Тбилиси. Теймураз Алиев сильно помог киллерской группе, поскольку вовлек в дело своего кузена Тургая Байрамова. Последний снял квартиру для киллеров, купил им телефонные карты, выполнял отдельные технические поручения. Именно эта группа и провела наружное наблюдение за будущей жертвой, установив точный маршрут и расписание его передвижения. При этом они активно пользовались телефонными номерами, купленными  Тургаем.

Кто стрелял в Эльмара? И из какого оружия? Общественная комиссия по расследованию убийства пришла к выводу, что в журналиста стрелял именно сам Секо. За два дня до убийства, в понедельник 28 февраля, убийца уже поджидал Эльмара в блоке, в то же самое время, как и в день убийства, в 21.00. Но случайно Эльмар встретился в блоке с женой Рушаной, возвращавшейся с прогулки с сыном во дворе. Они поднялись вместе. И уже в блоке Эльмара поджидал человек, который по описаниям Рушаны полностью сходится с внешними данными Секо, за которым я издали наблюдал в Тбилиси. Ростом с Эльмара, огромный, здоровый, черноватый. Он стоял на лестнице выше площадки, где квартира Эльмара, смотрел пристальным взглядом, и почему-то держал правую руку за  пазухой куртки. Он явно дожидался Эльмара, но, неожиданно увидев Рушану, встрепенулся, забеспокоился и спустился вниз к выходу. Возможно, что в момент убийства его подстраховывали прибывшие с ним вместе Нугзар и Арчил. Эти люди являются убийцами, вот именно по этой причине наши следственные органы до сих пор так и не обнародовали их имен, не объявили в розыск. Во время моего допроса в МНБ  следователи так и не смогли ответить на вполне логичный и закономерный вопрос - почему эти лица не объявлены в розыск? Они решили объяснить это в привычной для себя манере, т.е. связать это с необходимостью соблюдения тайны следствия.

По информации некоторых грузинских журналистов, которым все же удалось встретиться с Секо, узнав о том, что Эльмар был журналистом, он очень сожалел о содеянном,  поскольку не знал, каким скандалом это может обернуться для него. А Эльмара ему показал со стороны Хубанов, в тот же понедельник, днем 28 февраля, в день первой попытки убийства. Еще в конце января - начале февраля Эльмара донимал звонками и мольбами о встрече некий Вусал, которому, наконец, удалось выманить будущую жертву днем 28 февраля к памятнику Натаван. Естественно, никакого Вусала там не оказалось, а Эльмар простоял на этом пятачке около 40 минут. Все это время Секо и его двое  подручных внимательно наблюдали за ним.

Следственные органы опровергли обнародованную сразу же после убийства информацию об орудии преступления - пистолете ПСМ (этот пистолет выдается только высокопоставленным офицерам спецслужб), подменив его газовым пистолетом, якобы переделанным на боевой.

Вроде бы участие граждан Грузии в убийстве Эльмара, покинувших страну рано утром 3 марта, всем известно, причем в самых детальных подробностях. В лаборатории ФБР было также доказано, что одним из тех, кто оставался в съемной квартире, был Тахир Хубанов… Но ни его, ни других участников преступления никто нигде не разыскивает. Наоборот, всеми правдами и неправдами следствие пытается свалить это вероломное и чудовищное преступление на политических врагов алиевского режима. Почему? И еще, почему же следствие формально объявило имена двух сообщников, посредников, непосредственных организаторов убийства? А как еще должны были поступить следственные органы, застигнутые врасплох профессионализмом турецких сыщиков, за считанные дни вышедших на след убийц-дилетантов и их покровителей? Ведь события разворачивались накануне судьбоносных парламентских выборов! Следствие отделалось одним объявлением имен двух посредников вслух. Дальше этого ничего не значащего объявления, дело так и не сдвинулось с мертвой точки. Да и вряд ли сдвинется. И так всем все ясно…

* * *

Несколько недель тому назад в Баку была группа норвежских тележурналистов, снимающих фильм об убийстве Эльмара Гусейнова. Мы встретились с ними, и их интересовали параллели между Анголой и Азербайджаном, ведь и в этой БОгом забытой, но БОгатой нефтью стране, убивают журналистов, борющихся из последних сил за гражданские права своего угнетенного народа. Норвежские журналисты вместе с Бо, той самой замечательной норвежкой, которая долгие годы плечом к плечу с господином Гилом дралась за наши с Вами права, попросили меня поехать в этот мрачный блок, где был застрелен Эльмар… Мы все были сильно удивлены… На лестнице все еще оставались следы крови убитого журналиста, пролитой свинцовыми пулями тоталитаризма. Мы забросали эти следы розами надежды…

 

 

ОБВАЛ ВЛАСТИ

Еще совсем недавно многим казалось, что правящему режиму ничто не угрожает и члены "алиевской семьи", поочерёдно сменяя друг друга, будут долго пребывать во власти - лет эдак 15-20. На вопрос, когда рухнет этот режим, многие обескуражено разводили руками и отвечали: не раньше, чем иссякнет нефть на Каспии или же рухнут цены на неё.

За последние месяцы ситуация заметно изменилась. Скандальный процесс над Гаджи Мамедовым, компрометирующие Запад тотальные репрессии против независимых СМИ, "газовая война" с Россией, опасный прессинг "иранской проблемы", самоубийственное решение Тарифного совета о кратном повышении цен, неуклонный рост инфляции и дефицита бюджета, возможный "бумеранговый эффект" суда над Али Инсановым (на очереди суд и над Фархадом Алиевым), и всё это на фоне стремительного усиления острых противоречий, правового беспредела и социального недовольства… Разве это не симптомы реальных угроз и вызревающего системного кризиса режима? Тот самый народ, который ещё недавно голосовал за стабильность этой власти, теперь, столкнувшись с невиданными социальными контрастами, невыносимыми ценами и произволом чиновников, говорит: пропади эта власть пропадом, вместе с её хваленой полицейской псевдостабильностью. Та самая бизнес-элита (местная и зарубежная), а также средняя прослойка общества, которая раньше превозносила этот режим за то, что он особо не препятствует им нормально жить и обогащаться, теперь, в ситуации перманентного правового бардака, коррупционных поборов и на пугающих других примерах (Бармека, братьев Зульфугаровых, Рафика Алиева и т.д.), с неподдельным беспокойством думает о собственном будущем и втихомолку также клянет эту власть. Ошибки, подобные тем, которые совершила власть 6 января, дав старт невиданному росту цен, общество, в конечном счете, не прощает никакому режиму - даже монархическому. Однако это не первая и, очевидно, не последняя ошибка. Режим уже не может не ошибаться. Совершение ошибок на ровном месте стало системным свойством нынешнего режима, обусловленное самодовольством, правовым нигилизмом, пренебрежением к общественному мнению и ненасытной жаждой обогащения. В результате всех этих ошибок режим неуклонно лишается какой-либо социальной опоры, постепенно уподобляясь колоссу на глиняных ногах. Что бы там ни говорили сторонники деспотической формы и антинародного стиля правления, но весь многовековой опыт человечества и даже признания самих авторитетных диктаторов доказывают, что лучшей гарантией сохранения и продления власти являются не сила и богатство, а фактор доверия и поддержки народа. Или хотя бы определенной ее части.

ГОСБАНДИТИЗМ ПРОТИВ БИЗНЕСА

У нас же наблюдается процесс стремительного сужения социальной базы поддержки данного режима. Несмотря на очевидный рост репрессивных ("полицейский кнут") и финансовых ("нефтедолларовые пряники") возможностей режима, он, в силу бездарной политики и внутренних коллизий, уже успел настроить против себя почти всё общество. Серией недальновидных непоследовательных решений и систематических ошибок режим фактически лишил себя не только широкой поддержки народа, но и социальной опоры в слоях и группах (политических, экономических, региональных), доселе к нему лояльных. К слову сказать, Гейдар Алиев никогда не ограничивал задачу защиты своего режима лишь опорой на традиционные "кнут и пряник" (карательные и финансовые ресурсы). Он всегда с достаточным вниманием относился к фактору народного доверия, но и этим не ограничивался. Осознавая переменчивость симпатий общества, он постоянно опирался на созданную им сложную и многослойную систему политической, экономической, социальной и региональной поддержки: правящая и примыкающие к ней партии, крупные и средние бизнес-круги, творческая интеллигенция, трайбовые и семейно-клановые группы и т.д. Наличие широкой сети групп поддержки и собственное политическое мастерство, дополненное необходимой харизмой, давали ему возможность тонко маневрировать и гасить напряжение, очень часто не прибегая даже к "кнуту и прянику". Гейдара Алиева трудно причислить к разряду общенародных лидеров: ни процессуально (не избирался легитимно), ни концептуально (не проводил общенародную политику) он на эту роль не годился. Но, вместе с тем, он был политиком, отражающим интересы определенных групп, с конкретными социальными корнями и обеспеченными тылами.

В отличие от него, Ильхам Алиев с самого начала продекларировал внешне благородную и демократическую задачу: стать общенародным лидером и президентом каждого гражданина Азербайджана. Фактически он вроде бы пытался преодолеть явные социальные, политические, региональные и прочие перекосы отцовской политики. И действительно, партийная, региональная, социальная и прочая мотивация стали играть гораздо меньшую роль в его государственной и кадровой политике. На деле же, так и не сумев стать ни общенародным лидером, ни президентом каждого азербайджанца, он в то же время заметно сузил и ограничил социальную базу режима. Теперь режим, можно сказать, не только полностью утратил кредит доверия общества, но и лишился значительной части поддержки тех групп и слоев, которые ранее были либо форпостом этой власти, либо проявляли лояльность к ней. Теперь у режима только две опоры: "кнут и пряник": при этом, в большей мере реальный кнут, чем имитационный пряник.

Постоянными поборами, правовым беспределом, несоразмерным ростом цен, масштабами коррупции и агрессивным монополизмом режиму удалось внутренне настроить против себя почти весь "неноменклатурный" бизнес, включая и лиц, работающих в этой сфере. Главной экономической задачей режима стало не осуществление реформ, а выбивание своей беспрестанно растущей доли с бизнеса. Наш режим понимает контроль над экономикой и сферой бизнеса очень по средневековому: как нахальное взимание доли. А для этого он использует все дозволенные и недозволенные методы, включая даже полицию, спецслужбы, суды и пр. А если вдруг сталкиваются интересы двух конкурирующих бизнес-структур, то каждая вынуждена платить власти, чтобы та была на её стороне: кто больше отстегнет, тот получает шанс на короткую передышку. Фактически режим создал над сферой бизнеса целую систему неправового побора особой структуры и класс людей, которые постоянно вымогают с бизнеса солидную дань и переправляют значительную её часть по вертикали вверх. Эти люди, безусловно, преданы режиму, ибо понимают, что ни при какой другой власти эту дань они не смогут собирать. По сути, это класс феодалов и опричников над народом и бизнесом. Этому классу дано право эмиссии административной валюты. Бизнес вынужденно терпит это безобразие, но вряд ли испытывает к такой власти теплые чувства. Ясно, что в подобных условиях госбандитизма никакого "классового мира" между бизнесом и рэкетирствующей властью быть не может. Малый бизнес, находящийся на издыхании, уже почти не скрывает своего недовольства. Большой бизнес вслух свое недовольство не проявляет. Но стоит только возникнуть призраку смены власти, то и часть большого бизнеса не останется в стороне.

ОПРИЧНИКИ XXI ВЕКА

Вместе с тем, главным объектом атак режима является не только сфера бизнеса, а все, у кого можно отнять деньги - иными словами, вся страна, весь народ, всё общество. Деноминацией валюты и последующим чудовищным повышением цен на энергоносители и другие тарифы, режим обеспечил себе бесперебойную перекачку денег из карманов граждан и предприятий в свой ненасытный желудок и тем самым разом настроил против себя всё общество. Ведь рост цен и стоимости жизни - это такая вещь, которая воздействует на мозги людей непосредственно, без промежуточного звена под названием газета или телевизор. Поразительная вещь: страна задыхается от нефтедолларов, денег все больше, но зарплата почти не прибавляется, а уровень жизни стремительно падает. В отличие от бизнеса, который прагматично оценивает свои отношения с властью и терпит до тех пор, пока не появится возможность укусить наверняка, народ особой трезвостью в оценках не отличается и может укусить в любой момент, когда терпеть станет уже невмоготу. Тут отношение к власти меняется обвально, и основано оно не на реалиях, не на логике, а на чувствах, инстинктах самосохранения и биологического выживания.

Сегодня фактически есть только одна прослойка, которая в постоянном выигрыше и на которую этот режим опирается. Можно назвать ее опричниками, а можно - силовиками, поскольку они выполняют обе эти функции одновременно. Это привилегированное сословие и есть основа хрупкой стабильности режима. Эта та часть правящей номенклатуры, которая, сконцентрировав в своих руках функции и силовиков, и опричников, осуществляет по велению режима систематический грабеж страны. Эти люди в негласном порядке получили феодальные привилегии, часть которых зафиксирована на бумаге, но большая часть не зафиксирована. Они, их семьи, друзья, родственники и платные наймиты - вот, пожалуй, к чему свелась сегодня реальная социальная база режима. Разве это не симптомы системного кризиса власти?

Ведь власть рушится не столько оттого, что у нее есть сильная оппозиция, а потому, что она стала слабой властью, лишенной политической перспективы и реальной социальной опоры в обществе. Наш режим в том виде, в котором он существует сейчас, не имеет серьезной перспективы: только на одних лишь нефтедолларах, полицейских дубинках и ненадежной поддержке Дяди Сэма вряд ли в ХХI веке можно усидеть долго. Неомонархический проект явно не удался, а трансформироваться в нечто иное - более благообразное, современное и правовое, режим так и не смог или не захотел. Это начинают осознавать уже и за пределами страны. Режим обрекает на гибель не столько нас, сколько сам себя: он может парадно агонизировать ещё некоторое время, но уже вряд ли сумеет преобразиться в политсистему с человеческим лицом. История знает немало примеров превращения демократии в клептократию, но ни одного случая эволюционного восхождения клептократии до уровня правового демократического государства, без процедуры радикального обновления или смены власти.

Симптомы системного кризиса перманентно нарастают, и режим неминуемо рухнет даже без наличия какой-либо оппозиции, по причине неминуемого внешнего или внутреннего коллапса. Но от наличия сильной организованной оппозиции и гражданской активности общества зависит, что в конечном итоге придет ему на смену: такой же клептократический режим-2 или более-менее вменяемая демократическая власть, способная осуществить переход от жизни "по понятиям" к жизни по закону.